Родина в очередной раз собирается позаботиться о духовном здоровье своих дочерей и сыновей. После очевидного наращивания инфильтрации религиозных догм в школьную программу, начинается борьба за искусство, которое вождь мирового пролетариата называл важнейшим, - в кино. В очередной раз ожила идея запретить показ в российских кинотеатрах художественных лент и мультфильмов из стран, которые ввели против России санкции. И сразу же в Думе зарегистрирован соответствующий законопроект. Внесла фракция либерально-демократической партии - сливки интеллекта и сверкающий авангард борьбы за умы россиян. Ну, то есть ударим нашим кинопрокатом по их голливудам. Опять же денег людям сэкономим на картошку и водку. И дадим возможность насладиться творчеством государственно мыслящих михалковых, бондарчуков и шахназаровых, с их новыми "белыми тиграми", "сталинградами" и "цитаделями". Вырастим на туфте, выдаваемой за искусство, новые поколения граждан страны суверенной демократии. Патриотизм - он ведь такая штука, достаточно не показывать нашему человеку ничего иностранного и не давать ему ничего иностранного читать, как он сразу вырастет патриотом, поскольку ничего, кроме дымов Отечества, не нюхал и ничего, кроме отеческих гробов, не видел. Духовные скрепы - это как раз меньше всякой смуты, вроде Маркеса и Мураками, Тарантино и Спилберга, и больше очищающей молитвы в разумной комбинации с пятиминутками ненависти в новостях Первого канала. Что касается меня, то как раз мне все эти инициативы не внове. Поколение, к которому я принадлежу, именно так и выросло - с твердой уверенностью в то, что "Зита и Гита" - лучшее кино на свете, а Радж Капур - лучший артист всех времен и народов. Болливуд вместо Голливуда, а вьетнамский кинематограф вместо фильмов Антониони и Бергмана. Мы еще не забыли время, когда не давали читать не то чтобы Ницше, а и даже родного Есенина, а за "Последнее танго в Париже" сажали в тюрьму по статье о распространении порнографии. Так что, ежели что-то подобное нардепы примут, то как-нибудь выживем. Будем больше говорить на кухнях и снова, как лет тридцать назад, читать газеты между строк. Но, помилуйте, детей жалко...