От Ходжи Насреддина в социализм и обратно

В конце 80-х, сразу после знаменитого Пленума ЦК по национальному вопросу, я поехал в командировку в Ташкент и написал по её итогам серию из пяти репортажей под общим названием "Восток - дело тонкое". Один из них - "Лобное место Чорсу" после авторской доработки был даже опубликован в главном журнале министерства обороны СССР "Советский воин".
Мне не стыдно за эти материалы, хотя, конечно, в традициях партийной журналистики того времени они были полны розовых соплей, пропаганды и ложных надежд. Ташкент, да и весь Узбекистан - это теперь другая страна. И является ли она частью русского мира - большой вопрос.
Удаляется ли от нас Узбекистан или нет - вопрос еще более объемный. Слишком объемный, чтобы ответить на него однозначно. И да, и нет.
За тридцать с лишним лет жизни порознь съедено много плова и чучвары, борща и блинов, но здесь по прежнему хорошо говорят по-русски, а вывески с латиницей выглядят скорее анекдотично, чем символом независимости.
Впрочем, люди живут не только символами, а прежде всего, хлебом. Стало ли здесь после потери тесных связей с Россией больше хлеба? Однозначно, нет.
Неделю ездили мы по Узбекистану. Прилетев в Ташкент, переехали скоростным поездом в Самарканд, потом тряслись одиннадцать часов на верхних полках переполненного вагона до Хивы, потом ехали через Аму-Дарью и пустыню Кызылкум до Бухары.
Узбекистан большой и разный. Завораживающе красивый и потрясающе бедный одновременно.
Обо всем этом нужно обязательно написать. По возможности, объективно. Хотя, объективно, наверное, не получится.
Ну, пусть будет так, как удастся, журналистика бывает объективной только в сказках для первокурсниц журфаков.
Итак, не слишком объективные заметки о самой, пожалуй, яркой республике Средней Азии.
"От Ходжи Насреддина в социализм - и обратно" - как вам название для серии репортажей, которая пойдет здесь с завтрашнего дня?
Да, конечно, фотографии тоже мои...
(Продолжение следует)