Почему Собчак чувствует большую беду?
Вчера Собчак сообщила миру, что она в большой беде. Хотя, казалось бы, у нее, как и всегда, все в шоколаде. Успела уехать в цивилизованный мир, есть паспорт, с помощью которого можно путешествовать по Европе, немалые деньги, которые, разумеется, не в российских банках, и так далее...
Однако Ксения права - она в беде. И положение её весьма опасно. Дело в том, что беглянка имеет сейчас статус дамы, шантажировавшей с помощью редакции своего блога, не кого-нибудь, а одного из самых статусных людей России, главу Ростеха Чемезова. То есть, фактически, одного из главных членов президентской команды. Как такое Ксении пришло в голову - отдельная история, которая трудно поддается объяснению, иначе как наглостью и полной потерей берегов. Но сейчас не это главное.
Главное в том, что Собчак отлично подходит на позицию сакральной жертвы. Если сейчас с ней что-то случится, то западные лидеры и пропаганда обвинят президента Путина. Чтобы добавить недостающих демонических черт. СМИ раструбят о том, что президент преследует за границей своих недругов. И новые санкции и вообще - новая большая политическая буча. Вспомните Немцова, который никому в России не был нужен, но из которого такую жертву вылепили очень легко и непринужденно.
С учетом того, как беспринципно и изворотливо действуют западные спецслужбы, Собчак сейчас нужно не просто осторожно ходить по улицам, но и не подходить близко к окну. И она это отлично понимает.
Ей на самом деле абсолютно наплевать на то, что из-за нее посадят на крупные сроки двух помощников - они для Ксении расходный материал и мусор. Скорее всего, не сильно интересуют и возможные проблемы мамы - тувинского сенатора. Но могут быть значительные трудности с выездом сына - вот это уже серьезно. Даже с формальной стороны, разрешение должен дать отец, который в текущих обстоятельствах разрешения может и не дать. Свое хитрое слово запросто может сказать и государство - возможностей у Отечества тысячи.
Тот случай, когда деньги не спасут, тут все пошло на принцип.
Но самое главное для Ксении Анатольевны - собственная жизнь. Она типичная альфа-самка, очень смелая, когда речь идет о чужих судьбах, и очень чувствительная, когда что-то угрожает ей лично.
А ей сейчас угрожает. И сильно. И это не Москва...
Однако Ксения права - она в беде. И положение её весьма опасно. Дело в том, что беглянка имеет сейчас статус дамы, шантажировавшей с помощью редакции своего блога, не кого-нибудь, а одного из самых статусных людей России, главу Ростеха Чемезова. То есть, фактически, одного из главных членов президентской команды. Как такое Ксении пришло в голову - отдельная история, которая трудно поддается объяснению, иначе как наглостью и полной потерей берегов. Но сейчас не это главное.
Главное в том, что Собчак отлично подходит на позицию сакральной жертвы. Если сейчас с ней что-то случится, то западные лидеры и пропаганда обвинят президента Путина. Чтобы добавить недостающих демонических черт. СМИ раструбят о том, что президент преследует за границей своих недругов. И новые санкции и вообще - новая большая политическая буча. Вспомните Немцова, который никому в России не был нужен, но из которого такую жертву вылепили очень легко и непринужденно.
С учетом того, как беспринципно и изворотливо действуют западные спецслужбы, Собчак сейчас нужно не просто осторожно ходить по улицам, но и не подходить близко к окну. И она это отлично понимает.
Ей на самом деле абсолютно наплевать на то, что из-за нее посадят на крупные сроки двух помощников - они для Ксении расходный материал и мусор. Скорее всего, не сильно интересуют и возможные проблемы мамы - тувинского сенатора. Но могут быть значительные трудности с выездом сына - вот это уже серьезно. Даже с формальной стороны, разрешение должен дать отец, который в текущих обстоятельствах разрешения может и не дать. Свое хитрое слово запросто может сказать и государство - возможностей у Отечества тысячи.
Тот случай, когда деньги не спасут, тут все пошло на принцип.
Но самое главное для Ксении Анатольевны - собственная жизнь. Она типичная альфа-самка, очень смелая, когда речь идет о чужих судьбах, и очень чувствительная, когда что-то угрожает ей лично.
А ей сейчас угрожает. И сильно. И это не Москва...