November 12th, 2015

Допинг как предчувствие

Реакция нашей власти на допинговый скандал, результатом которого скорее всего станет запрет на участие российских легкоатлетов в Олимпийских играх 2016 года, получилась настолько хаотичной и растерянной, что стало понятно - отечественный спорт схватили за мягкое место. И уже без позорных разбирательств не отпустят.
Да, разумеется, элементы антироссийской политики в докладе WADA, где большой вес имеют американцы, присутствуют. Как без них и когда, собственно говоря, эти элементы не присутствовали? Но присутствует и другое - приговор коррупционной системе еще в одном сегменте нашей действительности - в спорте высоких достижений. Назревало давно, что ни крупные соревнования, так кого-то из россиян ловили за руку на допинге. Крупнейшим скандалом стало допинговое крушение мордовской школы спортивной ходьбы - гордости Отечества. Гордились, гордились, а потом выяснилось, что большинство чемпионов принимали и принимали регулярно.

Кремль от всего этого немедленно открестился. Пресс-секретарь президента совершенно логично заявил, что проблематика допинга не входит в повестку дня Кремля. Конечно не входит, тем более, что руководству давно все, видимо, ясно и мазаться в грязноватую историю президентские структуры не намерены. Тем более, что страна по уши в проблемах и без допинговых скандалов.
Министр спорта Мутко выдавал в последние дни такие перлы, что хоть стой, хоть падай. То возмущался русофобией Запада, то как-то туманно признавал наличие сложностей.
А какие, собственно говоря, сложности? Это раньше мочу на антидопинговые пробы возили в пробирках на самолетах в Германию и Финляндию. А в последние годы построили в России за сумасшедшие деньги две суперлаборатории, которые, само собой, отлично видели картину. Но ничего на люди не выдавали. Потому что спорт - большая политика.
Никаких сложностей. Весь мир пользуется допингами. И те же "святые" американцы, и еще более "святые" немцы. Достаточно вспомнить, как вся лыжная немецкая сборная вдруг оказалась астматиками и получила право пить таблетки, относимые к в спорте запрещенным. На основании жизненных показаний. Ну, то есть, почти умирали от астмы, но каким-то образом становились олимпийскими и мировыми чемпионами. Но ты либо умеешь это делать так, что лаборатории не обнаруживают, либо не делай вообще и не позорься. Мы почему-то выбираем всегда второе.
Никто никаких выводов, разумеется, из случившегося опять не сделает, хотя по такому вопросу положено и снимать с должностей, и привлекать к более серьезной ответственности. Этого не произойдет, потому что снять того же Мутко - уступить ненавистному Западу. Пусть лучше с допингом, но зато свой, преданный и патриотичный.
Так и идем по жизни - министр обороны, разворовавший ведомство трудоустроен на крутом уровне, его ближайшая помощница - уже на свободе, если вообще хоть день сидела в колонии в принципе. Все губернаторы, провалившие свои регионы, за исключением пары особо непонятливых, трудоустраиваются с повышением. Потому что позор - это на время, а друзья - навсегда.
У нас все забеги в государстве на короткие дистанции. А когда спринт - важно успеть. С допингом, без допинга - без разницы. Все равно вздохнуть некогда...
Фото РИА.ру
promo komandorva март 5, 2015 01:34 Leave a comment
Buy for 40 tokens
В блоге можно разместить рекламу на любую тему. Все, кроме материалов, нарушающих законодательство РФ.

Поджигающий двери

И логика, и нравственность вывернуты наизнанку. Художник Павленский, то приколачивающий мошонку к Красной площади, то поджигающий двери здания ФСБ на Лубянке, добивается одного - чтобы его, наконец, посадили. Он хорошо понимает, что надолго не посадят, так, на год-полтора. зато потом на него посыплются европейские премии и гранты, на которые можно будет безбедно жить десятилетиями, слывя борцом с путинским режимом и вообще с российской толстозадостью...
И такие в России сегодня не переводятся. Сделали героинь из "Пусси райот", теперь сделаем героя из отнюдь не малахольного Павленского...


Писатель Вадим Левенталь — о культурном и политическом значении послания скандального акциониста
Жги, убивай

Стихи, как известно, самое необязательное занятие на Земле, и оправдывает поэта, который вовсе не обязан их писать, только то, что никто не обязан их читать. Примерно так же дела обстоят с живописью: художник волен нарисовать что угодно, а уж наше дело, вешать это себе на стену или нет.
Совсем не так с акционизмом. Хочешь не хочешь, акционизм приходит к тебе домой, по-хозяйски распахивает дверь, ты обязан на него смотреть и о нем думать. Ситуация абсурдная — примерно как толпа молодых людей ворвалась бы в дом, и все они стали бы читать тебе стихи и вешать на стены картины, при попытке стихи не слушать, а картины снять били бы чем-нибудь тяжелым по голове, — но уж как есть. Нравится не нравится — терпи, моя красавица.

Бессмысленно спорить, искусством занимается художник Павленский или нет. Коль скоро круг европейской метафизики замкнулся и вывернулся наизнанку, художник волен объявить любой свой акт искусством. И, разумеется, любой человек волен объявить себя художником. Ну а все остальные, само собой, вольны сказать художнику «а по-моему, ты не художник, а что-то другое» — этого нашего права тоже никто не отменял.
У Павленского на руках все карты, он делает первый ход, следующие ходы делают полиция, прокуратура и суд, — и на всех заходах Павленский выигрывает. Для curriculum vitae «радикального художника в условиях диктатуры» не хватает строки со сроком — он эту строку получит. И вместе с ней — статус, премию, поездки с лекциями и гранты. Никто ничего не может с этим сделать, так работает машина. Система сопротивлялась сколько могла. Павленский появлялся голым на улицах — ему даже не выписывали штрафа; он жег покрышки в центре города — его отпустили; калечил себя — ему выписывали справки о полном психическом здоровье. Ему очень нужно, чтобы его посадили или направили на принудительное лечение. Системе очень не хочется ему подыгрывать. Но, кажется, теперь всё же придется. Иначе будет совсем уж непонятно, почему сидит сорвавший концерт Макаревича Олег Миронов, а Павленский разъезжает с лекциями по миру.
Павленского сравнивают с Яном Палахом, называют нашим современным Репиным, говорят, что он гений. Что будет дальше, понятно. Следить за этим страшновато — как во сне, в котором что-то происходит помимо твоей воли, а ты не можешь пошевелить рукой.
Далее: http://izvestia.ru/news/595385#ixzz3rDeu7ELJ
Фото tvrain.ru

Быть определяющим

РПЦ намерена добиться того, чтобы ее голос был определяющим при принятии любых решений. Во всяком случае, именно так высказался глава синодального отдела по взаимоотношениям церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин на встрече с епархиальными отделами по взаимоотношениям церкви и общества. Буквально отец Всеволод сказал следующее: «нам нужно переходить от роли униженных просителей к роли представителей общественной силы, являющейся большинством нашего народа», «Никто не смеет сказать нам «нет».

Если слова Чаплина являются официальной позицией РПЦ, то можно констатировать, что страна вступает в новый этап, когда любое решение президента и правительства будет визироваться или, во всяком случае, согласовываться с иерархами Русской Православной церкви. Не исключено, что согласовывать будут все, вплоть до репертуара театров и киноцентров. А уж школьные и вузовские образовательные программы - непременно.
Так было всегда. Любая попытка российской государственности опереться на религию, во все времена приводила к тому, что религия становилась самостоятельной политической силой. А потом обязательно наблюдался новый поворот, и государственность возвращала себе полную власть, каким-то законодательным образом ограничивая влияние религии.
Такое случилось при Петре Великом, который в борьбе за власть и реформирование государства лишил церковь возможности хоть как-то влиять на принятие решений. Он провел политику секуляризации: богу - богово, кесарю - кесарево и учредил Священный синод, то есть, по сути, министерство по управлению церковью.
Решительно ограничил влияние церкви Петр Третий, объявивший о равенстве всех религий в России. Похожую политику проводила тридцать лет и его супруга Екатерина Великая, чье правление принято называть Золотым веком России.
Про большевиков, учредивших Совет по делам религий при совмине СССР, и говорить не приходится, борьба с религией и воинствующий атеизм - визитная карточка безбожников-ленинцев.
Попытки церкви заставить власть в полном объеме согласовывать с ней политику приведет в итоге к тому же. Власть будет вынуждена сделать все необходимое для того, чтобы обеспечить себе полномочия. И чем чаще церковные лидеры станут делать подобные Чаплину заявления, тем раньше состоятся решения, на деле отделяющие светскую власть от духовной.
Как, кстати, это и положено по Конституции. Гарантом которой является президент.
Источник: http://www.rbc.ru/rbcfreenews/56436f2d9a7947a116a525a9
Фото http://www.newsru.com/

Лапти запрещать не планируется

Сенатор Морозов предложил запретить вслед за Египтом полеты в Турцию и Тунис. Мол, не обеспечивается безопасность россиян, да и вообще, в указанных странах полно террористов. Таким образом, он поддержал идею двух коммунистов-нардепов Валерия Рашкина и Сергея Обухова.
«Турция и Тунис остаются одними из немногих направлений массового туризма, но на сегодняшний день безопасность и в Турции, и в Тунисе оставляют, мягко говоря, желать лучшего», — так обосновал сенатор Морозов свою удивительную по степени разумности инициативу.
Ничего не скажу насчет Туниса - не довелось, но в Турции я был семь раз и летал в том числе и на местных маршрутах. Анталья, Измир и Стамбул произвели на меня с точки зрения безопасности аэропортов большое впечатление. А когда я, по невеликому уму, задал однажды турчанке-операционистке вопрос о том, могу ли взять в багаж маленький швейцарский ножичек "викторинокс", то она на всякий случай подозвала полицию и симпатичная полицейская с большим пистолетом в кобуре у бюста долго интересовалась и моей личностью, и моими целями. И с подозрением лично проводила сквозь зону контроля.

В Турции с контролем все в порядке, а терроризма там уж никак не больше, чем на нашем неспокойном Северном Кавказе. Другое дело, что на египетской трагедии очень хочется попиариться и повыглядеть большим патриотом, чем сенатор Морозов на самом деле является.
«У правительства появился реальный шанс в этой ситуации сделать востребованными отечественные курорты, и оно просто не имеет права им не воспользоваться», — поразмышлял далее реформатор туристического рынка. Ну то есть, запретим летать на чужие курорты и вынудим отдыхать на своих.
Это прекрасно и вполне в духе истории нашего Отечества. Давайте вообще запретим иностранное кино. Чтобы смотрели свое. Давайте одежду импортную запретим - пусть народ российскую носит. Не хватит денег - сплетем лапти, зато народно и патриотично. Давайте импортные телевизоры запретим. Пусть по вечерам друг на друга смотрят и чаи гоняют, меньше дури будет в мозгах. Интернет тем более давайте запретим, от него одна дурь. пусть письма друг другу на бумаге пишут. Гусиными перьями, поскольку импортные гелевые ручки мы тоже запретим. Импортную туалетную бумагу тоже нужно запретить. Еще не известно, что в нее вкладывают наши враги, однажды что-нибудь возьмет и слипнется. Презервативы импортные обязательно запретить - пусть рожают. Лекарства иностранные запретить в первую очередь - как только у людей перестает болеть голова, они начинают думать. А от мыслей, известно, одни государству беды.
Я вот думаю, кто первый выступит с инициативой запретить россиянам ездить за рубеж и вообще получать заграничные паспорта? И долго ли нам ждать этого судьбоносного проекта по окончательному импортозамещению всего?